Терапия без отчаяния

В рамках нацпроекта «Здравоохранение» реализуется программа «Борьба с онкологическими заболеваниями». В общей структуре онкологической заболеваемости раком особое место занимают онкогематологические болезни, то есть опухоли кроветворных и лимфатических органов.
Нередко единственной надеждой онкологического пациента остаются новые лекарства. Фото: Александр Корольков

О том, чем отличается их диагностика и лечение, «РГ» рассказала проректор по лечебной работе и международному сотрудничеству Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования (РМАНПО), академик РАН Ирина Поддубная.

Ирина Владимировна, какова доля онкогематологических заболеваний в общей структуре заболеваемости и смертности от злокачественных новообразований?

Ирина Поддубная: Среди общего количества злокачественных новообразований их доля на первый взгляд невелика — опухоли кроветворной и лимфатической ткани составляют менее 3 процентов. Но их отличие в том, что возможности помочь этим больным с использованием эффективных современных лекарственных средств гораздо больше, чем в лечении других видов рака.



Нобелевский лауреат назвал неожиданную главную причину рака

А среди этих больных велика доля молодых трудоспособных людей, которых можно вернуть к здоровой полноценной жизни. Поэтому мы, онкогематологи, так остро восприняли тот факт, что эти заболевания не были включены в федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями». И нас очень радует, что сейчас эта проблема решается. В клинические рекомендации по лечению злокачественных опухолей онкогематологические заболевания также включены.

Эффективна ли существующая система диагностики? Успешно ли врачи первичного звена выявляют эти заболевания?

Ирина Поддубная: Причины развития онкогематологических заболеваний, как и большинства других видов рака, изучены недостаточно, и поэтому определить для врача первичного звена группы риска трудно. Вторая сложность состоит в том, что эти заболевания не имеют никакого фона, то есть тех хронических недугов, которые позволяли бы включить пациента в группу риска, как при некоторых видах рака. Скрининговых исследований для этих заболеваний нет.


лько увеличение лимфатических узлов дает основание заподозрить онкогематологическое заболевание и требует серьезного обследования. Клинической особенностью лимфом (опухоли лимфатической системы) является возможность возникновения в любом из органов и систем организма: желудочно-кишечный тракт, легкие, почки, печень, кожа, центральная нервная система и т.д. Это обусловливает появление клинических симптомов, схожих с другими патологическими процессами определенной локализации, и требует проведения тщательной дифференциальной диагностики.

Благодаря существующему сегодня инновационному лечению выделять дополнительные средства на онкогематологию оправдано со всех точек зрения

А врачи первичного звена насторожены в отношении этих заболеваний?

Ирина Поддубная: Понятие онкологической настороженности очень значимо. Поэтому сейчас врачей первичного звена, врачей общей практики учат с особым акцентом на нее. В нашей академии есть кафедра общей врачебной практики и поликлинической терапии. Проводятся специальные циклы по онконастороженности, в том числе выездные циклы в регионы. И это очень эффективно, потому что привносит единое понимание проблемы у врачей одного региона или большого города.

Как развиваются методы лечения онкогематологических больных?


В Самаре онкобольным начали пересаживать собственные стволовые клетки


Ирина Поддубная: Возможности применения хирургического метода в лечении этих заболеваний ограничены; для лучевой терапии есть особые показания — в частности, к ним чувствительны лимфомы. Сейчас лучевые методики очень усовершенствовались, можно, например, облучать лимфому глаза без потери зрения. Но основной метод в лечении этих заболеваний — лекарственный. В этой области прогресс огромный. Благодаря успехам фундаментальной медицины мы стали больше понимать механизмы развития опухолей. И, как следствие, появилась возможность создания множества новых препаратов: например, за последние пять лет только для лечения множественной миеломы мы получили 7-8 новых препаратов. Кроме того, их стали гораздо быстрее регистрировать в нашей стране. Это разные классы препаратов — и те, что действуют непосредственно на опухолевые клетки, и те, что «включают» собственную иммунную систему пациента — последние используются при многих видах опухолей. Они эффективны, новы по переносимости, у них другая палитра токсических реакций. И практикующие врачи о них хорошо информированы.

Как вы оцениваете доступность инновационных препаратов для российских пациентов?

Ирина Поддубная: Наше государство сделало очень много для повышения доступности лекарств для онкобольных. Примером этого является создание программы «7 высокозатратных нозологий».


перь их в программе уже 12, и по ней определенные группы больных полностью обеспечиваются основным препаратом бесплатно. Для лимфом это было сделано очень своевременно, наши врачи начали применять первый инновационный препарат на основе моноклональных антител (МАБ). Этот препарат используется очень широко практически при всех лимфомах, и это значительно улучшило результаты лечения большой группы пациентов. Но на создание и выпуск каждого нового препарата уходят огромные деньги, поэтому они очень дорогие, и я считаю, что дешевле новые инновационные препараты не будут. А воспроизводить оригинальные биопрепараты, к которым относятся и моноклональные антитела, очень непросто в силу сложности технологии. И мы еще долго будем использовать оригинальные препараты. Конечно, мы возлагаем большие надежды на нашу фарминдустрию. У нас появились современные фармконцерны, которые располагают прекрасными научными лабораториями, где могут разрабатывать собственные новые препараты. То, что можно воспроизвести, они тоже должны производить.

А доступны ли эффективные инновационные препараты в регионах?

Ирина Поддубная: Доступность в регионах разная, но могу сказать, что в целом денег на них выделяют недостаточно. Конечно, ни одно государство в мире не может обеспечить полностью бесплатную помощь онкобольным. Но выделять дополнительные средства на онкогематологию оправданно со всех точек зрения. Во-первых, есть возможность полностью излечить таких больных молодого возраста.


результате мы не только сохраняем их жизнь — они рожают детей, работают, то есть полностью адаптированы к нормальной жизни — при других опухолях таких больных гораздо меньше. Значительной части больных мы увеличиваем время до рецидива болезни. И если получаем на первой линии препаратов хороший ответ, то он длится дольше, и в последующем такой человек не требует дополнительных расходов на лечение. Можно точно подсчитать фармакоэкономический эффект — получается, что вылечить человека дорогими лекарствами выгоднее для государства, чем потом тратить значительно большие средства на длительное лечение, реабилитацию, пенсию по инвалидности и т.д.

Какие изменения нужно внести в медицинскую помощь онкогематологическим больным, чтобы и дальше улучшать результаты?


Академик РАН Владимир Поляков: Детские онкологи обязаны быть оптимистами

Ирина Поддубная: Во-первых, необходимо совершенствовать диагностику. Она сложна, потому что часто необходимы дополнительные дорогостоящие исследования. Но они выполняются в ограниченном количестве лабораторий по стране и не входят в программу госгарантий по ОМС, и больным приходится за них платить. Это не так дорого, но все же не всем доступно. Во-вторых, врачи должны быть готовы к проведению этой новой терапии. И здесь очень важно обучение — доктор должен понимать, что с новыми препаратами нужно учиться работать, что тут возможны новые побочные явления и т.д. Но не все врачи открыты к новому, многим проще использовать привычные схемы. Стереотипов меньше у молодых врачей, у них больше энтузиазма, мотивированности. И очень хорошо, что расширяется участие наших лечебных учреждений в международных клинических исследованиях.

источник: rg.ru


Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector